Афганистан на геополитической шахматной доске Ближнего Востока

На фоне этого опасного кризиса, когда внимание международного сообщества сосредоточено на непосредственных участниках конфликта, Газе, Ливии и Сирии, целесообразно обратить внимание на Афганистан, который, несмотря на своё периферийное положение по отношению к региону, также оказывается вовлечённым в эти процессы. Израиль и Иран стремятся расширить свои сферы влияния как в идеологическом, так и в стратегическом плане. В этом контексте Южная и Центральная Азия, включая Афганистан, становятся ключевыми зонами геополитического соперничества, особенно для Ирана.

Следовательно, географическое и дипломатическое положение Афганистана может вновь обрести стратегическое значение, поскольку региональные акторы стремятся уравновесить восточное влияние Ирана. Это соперничество может проявляться через инвестиции, торговые маршруты, средства массовой информации и гуманитарные инициативы. При этом нейтралитет Афганистана и его внутренняя политика играют решающую роль - особенно если внешние силы рассматривают его как буферную зону или стратегический коридор в рамках более широкой региональной борьбы.

Отношения, построенные на интересах

Изначально Иран воздерживался от официальных контактов с правительством "Талибана", пришедшим к власти в Кабуле в 2021 году. Однако впоследствии он был вынужден перейти к прагматичному взаимодействию с Афганистаном по ряду направлений - вопросам безопасности, миграции, водных ресурсов и борьбы с терроризмом.

Во-первых, ослабление или устранение иранских прокси-групп в Сирии, Ливане и Палестине заставило Иран искать новых стратегических союзников, в том числе в лице Афганистана. Хотя Афганистан и не обладает таким же стратегическим весом, как Сирия, он имеет потенциал поставки добровольческих военных сил в случае нового конфликта с Израилем. Именно поэтому Иран предпринял попытку вновь вербовать афганских шиитов, в частности бойцов бригады «Фатимиюн». Однако «Талибан» решительно отказался от этого, заявив, что проведение на своей территории военных операций третьими странами и вербовка бойцов представляет угрозу суверенитету Афганистана.

С другой стороны, сближение с Ираном может быть расценено как попытка Кабула добиться де-факто признания со стороны одного из ведущих акторов Ближнего Востока, что могло бы сыграть важную роль во внешней политике и дипломатии Афганистана. Война, начавшаяся 7 октября 2023 года между Израилем и боевиками ХАМАС в секторе Газа, ещё более ускорила геополитические процессы на Ближнем Востоке. Иран, позиционирующий себя как «щит ислама», на протяжении всей войны поддерживал ХАМАС. В то же время Афганистан выразил солидарность с Ираном и поддержал палестинский народ.

Во-вторых, Иран стремился укрепить экономическое сотрудничество с Афганистаном. Он инвестировал в инфраструктурные проекты, такие как железная дорога Хаф–Герат и порт Чабахар. Железнодорожная линия Хаф–Герат является одним из приоритетных проектов Ирана: она не только увеличивает бюджетные доходы и снижает транспортные издержки между Ираном и Афганистаном, но также способствует повышению стабильности, безопасности, созданию рабочих мест и улучшению общей экономической ситуации в регионе.

Порт Чабахар может играть важную роль как транзитный маршрут, соединяющий страны Центральной Азии и Афганистан с Индийским океаном, выступая связующим звеном между Востоком и Западом, Югом и Севером. Готовность «Талибана» продолжить проект по строительству железной дороги Чабахар–Захедан, начатый в 2016 году Индией и прежним правительством Афганистана, а также обещание инвестиций в размере 35 млн долларов , свидетельствуют о стремлении избавиться от зависимости от Пакистана.

Однако в 2025 году из-за политики «максимального давления», проводимой президентом США Дональдом Трампом в отношении Ирана, порт Чабахар оказался под санкциями. Будущее проекта остаётся под вопросом. В целом, ирано-афганские отношения можно охарактеризовать как построенные на взаимных экономических и политических интересах, исключающих идеологические противоречия.

Игра шпионов

По данным ряда российских источников, эскалация ирано-израильского конфликта в июне 2025 года выявила новые грани ирано-афганских отношений. Одним из самых тревожных эпизодов стало разоблачение крупной агентурной сети, связанной с израильской разведкой «Моссад». Сообщается, что в Тегеране была задержана группа афганских граждан, предположительно завербованных для проведения подрывной деятельности на территории Ирана. Большинство из них оказались пуштунами из Кандагара, что вызвало обеспокоенность иранских властей и поставило под сомнение нейтралитет режима «Талибана» в условиях иранско-израильского кризиса.

Фото: Репортер

По тем же источникам, израильская разведка могла использовать территорию Афганистана, в частности провинцию Герат и город Шинданд, в качестве транзитного маршрута для доставки беспилотников и взрывчатки в Иран. Если данная информация подтвердится, это может свидетельствовать о высоком уровне проникновения израильской разведки на территорию Ирана и о возможности использования афганских мигрантов в диверсионных операциях.

Подобные инциденты могут положить конец прагматичному сотрудничеству между Ираном и Афганистаном и привести к дестабилизации их внешнеполитических позиций. Ярким примером является массовая депортация афганских беженцев из Ирана: с 1 по 27 июня 2025 года, по данным Международной организации по миграции, было выслано около 233 тысяч человек. Это привело к перенаселённости на торговых маршрутах и в экономических центрах Афганистана, а также к заметному снижению деловой активности.

Фото: The Hindu

Однако растущие недоверие и напряжённость в ирано-афганских отношениях создают сложности для обеих сторон. Из-за санкций США Иран не может полноценно использовать свою инфраструктуру и вынужден переориентироваться на Трансафганский коридор. Для Афганистана же иранская логистика имеет стратегическое значение , как в вопросах поставки нефти и газа, так и в перспективе превращения в ключевой транзитный узел. Во время 12-дневной войны ограничения на экспорт иранской нефти вызвали резкий рост цен на топливо в Афганистане.

В текущих условиях Афганистан одновременно сталкивается с новыми возможностями и серьёзными вызовами. С одной стороны, при сохранении стабильности и нейтралитета он способен усилить свою роль связующего звена в трансрегиональной торговле, энергетике и дипломатии. С другой, нарастающая напряжённость между региональными державами может втянуть Афганистан в геополитическое соперничество и информационные войны, что чревато подрывом внутренней сплочённости.

Хужабеков Убайдулло. 

Университет мировой экономики и дипломатии / 

Институт перспективных международных исследований